Мороз. Идем к плотине, которая в Лошице на тамошнем небольшом водохранилеще. Там наверняка будут какие-нибудь красивые сосульки. Там в сегда в мороз сосульки, и каждый раз разные.

Туда, вниз, давно никто не спускался - все заметено глубоким снегом. О, я не ошиблась - тут не только сосульки, а еще и всякие ледяные фантазии на воде. Вот, например, камень в ледяной юбке и снежной шапке. А на другом камне намерзли будто бы пальцы ног. А вот ледяные фантазии, похожие на кучевые облака - как их дети рисуют. А это вообще настоящий дракон с глазом, открытой пастью и гребешком на голове. А вот сосульки, похожие на толстые ноги в широких плоских ботинках.

Река под мостом вообще замерзла, что бывает довольно редко. Осталась одна небольшая полынья - в ней собрались все здешние утки.
- Ну бегите уже, я вам поесть дам!

Они действительно "бегут" на мой зов - пешком по льду, смешно переваливаясь, и склевывают куски батона, как куры. Толька одна, самая несмелая, осталась в воде. Я пытаюсь и до нее кусочки батона добросить, но почти ничего не долетает - далеко.

От моста мы с Ханычем подались через сад к усадьбам. Обошли усадьбы справа - теперь они на горке, а мы внизу.
- Вижу красивые сосульки - лезем наверх!

Длинный ряд сосулек, свисающих с крыши, похож на зубья очень старой, изломанной расчески.
Ого! А вот еще один замечательный объект! Это древний кряжистый корч, полуистлевший, кое-где с остатками коры. Самое интересное, что прямо из его тухлявой середины растет молодое деревце.

Куда дальше пойдем? Конечно, туда, где снег поглубже, чтобы почувствовать себя не просто гуляками, а мужественными первопроходцами. Снега в некоторых местах намело выше, чем по колено. Я Ханыча вперед пускаю, чтобы тропу протаптывал - даром что ли он у меня наполовину ездовая лайка? Мы уже несколько дней так развлекаемся. Ханыч сперва обижался, что его так утруждаться заставляют, и упрямился - отказывался по снежной целине идти. Ложился в снег и начинал скулить. А если и шел, то не прямо, а все наровил в сторону протоптанной дорожки свернуть. Конечно, ему трудно - этот снег ему почти по самые ухи. Но теперь привык и отлынивать перестал, и пробирается через снежную целину довольно бодро, хоть и медленно. Приноровился - подпрыгивает вверх и вперед, и всем своим весом приминает глубокий снег. Благо, весу в нем достаточно. Во так и гуляем.