На рынке. Ханыч со своей обаятельной мордахой нигде не пропадет. Пока я покупаю овощи, он отирается у дверей колбасного павильона. Из дверей выходит женщина - немолодая, с сотовым телефоном у уха. Увидев Ханыча, улыбается во всю ширь. Говорит:
- Сейчас я тебе принесу, - и уходит обратно в колбасы. Возвращается, неся несколько небольших полукруглых сарделек. Кормит Ханыча, а все проходящие мимо работники рынка здороваются с ней очень вежливо. Видно - начальство здешнее.

Я их сосчитала - их восемь штук. Они задумчиво ходят по песочку вдоль берега, поблескивая переливчатыми зеркальцами на крыльях. Зеркальца отливают глубокой синевой. На песке лежит довольно внушительный ломоть хлеба, утки вокруг него ходят, но есть его не пытаются. Они не привыкли, чтобы еда была такого большого размера. Я раскрошила хлеб и, присев на корточки, приманила их поближе к себе. Одна из них совсем бесстрашная - она, наверное, ела бы хлеб даже с ладони, но ей это не приходит в голову. Протягиваю ей на ладони хлеб, но она вертит головой и его не видит. Пытаюсь ее запомнить. У нее клюв немного уже и темнее, чем у других, а больше отличий я не нахожу. Интересно, смогу я ее узнать, если в другой раз увижу?

Решила фотографии размещать прямо в дневниках. Будет не так удобно людям показывать, зато это будут иллюстрации к написанному, а не просто отдельные картинки. Распотрошила пустующий фотоальбом, достала из него двусторонние прозрачные конвертики, напихала в них фотографий и приклеила в дневнике с помощью полосок бумаги. Дневник сразу стал толстый и внушительный.

Фотографирую какие-то страшные грибы. У них конусообразные шляпки с чешуйками и черным маслянистым налетом по краям. Они растут в ямке и у них нежные тонкие ножки.

Листаю старые подшивки журналов \"Советское фото\". Выискиваю удачные приемы, ракурсы и композиционные решения. Лучик света, поселившийся внутри подтаявшей льдинки, отражение леса в наполненных водой ладонях, человек идет по лунной дорожке... Нет, вот эти стулья мне не нравятся.

Фантазия очень капризная штука. Когда она не в духе, мысли буксуют, и нужно прилагать невероятные усилия, чтобы вытащить их из колеи. На такие случаи у меня существует специальная разминка - я начинаю что-нибудь разглядывать и в подробностях в уме описывать. Вот сейчас я глазею через окно во двор и описываю то, что имеется во дворе детского садика. Одно круглое дерево, много лохматых деревьев и т.д.